Часть 3. Кровавый миф о рождении и детстве бога вина

Продолжаем писать наш «древнегреческий детектив» – об истоках кровавых ритуалов жертвоприношений в античных вакханалиях.

 

В первой части мы поставили вопрос – почему менады/вакханки рвали на части животных и поедали их сырую плоть? А мифы говорят, что они нападали и на людей. Почему бы им просто не петь и плясать до умопомрачения и не предаваться сексуальным оргиям? Насилие и кровь — это было непонятно, и это требовало объяснения.

 

Во второй части мы изучили «показания» Еврипида, который утверждает, что загадка кровожадности менад упирается в загадку кровожадности самого Диониса. Нам открылось совершенно новое лицо Диониса. Оказывается, для греков он был не только легким и веселым богом вина, виноделия, отдохновения и забвения, но и – страшным и мстительным богом, насылающим безумие и жестоко карающим за непризнание.

 

Осталось выяснить, откуда это в Дионисе, «боге вина». И, как оказалось – ответ, причем не совсем тот, что мы ожидали, лежит на поверхности. Стоит только обратиться к мифологии о рождении и детстве Диониса, и сразу проясняется ситуация с его жестокостью. Таким он и должен был стать – мстительным, жестоким и кровожадным. У мальчика было «непростое детство». А именно – в детстве он тоже был разорван на части! И – съеден! Вот этот кровавый миф:

 

Преследуемый с рождения бог

 

Предистория такова. Мать ещё нерожденного Диониса, земную женщину Семелу, понесшую от Зевса, сильно не взлюбила ревнивая жена Зевса, богиня брачных уз, Гера. И придумала интригу – втерлась в доверие к Семеле и внушила ей желание посмотреть на Зевса в его настоящем божественном облике, а не так, как он обычно являлся простым смертным. Доверчивая Семела так и сделала – попросила Зевса явиться к ней во всей красе. А это значит – в облачении молний. Ну и, сами понимаете – недалекая Семела изжарилась заживо в объятиях возлюбленного.

 

Зевсу, однако, удалось спасти ребенка из чрева матери, он зашил его в своем бедре (!) – и выносил. То есть Дионис – бог, рожденный из бедра Зевса. (Тут греки не особенно оригинальны, Осирис — египетский бог земледелия и виноделия — также был рожден из бедра своего отца.)

 

 

 Родив Диониса, Зевс должен был всё время прятать ребенка от бдительной Геры. Он отдал мальчика на воспитание нимфам, и те наряжали его девочкой, чтобы Гера его не узнала и не уничтожила. (Некоторые объясняют этим гермафродитические черты Диониса, его «женоподобный» облик, особенно на исходе античности; в ранний период распространения дионисийской религии он, наоборот, выступал грозным бородатым старцем.) Зевс придавал Дионису разные обличья, превращал его то в одно животное, то в другое, в мифологии он часто выступает козленком.

 

Впоследствии козел стал одним из главных символических обликов Диониса. Во время Великих Дионисий устраивались представления — хоры певцов, наряженных в козьи шкуры, исполняли особые гимны в честь Диониса — дифирамбы. Из этих дифирамбов, сопровождаемых плясками, постепенно выкристаллизовалась театральная форма прославления Диониса – трагедия, что значит «песнь козлов».

 

Бог вина по случайности

 

Если вы думаете, что Гера успокоилась, вы не знаете ревнивых жен. И чтобы запутать преследовательницу, Зевс поселил мальчика на пустынном острове, где его воспитанием занимался сатир Силен. Здесь и определилась его будущая «профессиональная специализация» — Силен открыл Дионису тайны природы и научил изготовлению вина.

 

 

 

В будущем, преодолев травмы своего чудовищного детства, куда бы ни приходил возмужавший Дионис, он всюду учил людей выращивать виноград и делать вино, и его везде сопровождали сатиры – веселые козлоногие полубоги. Ряженые в сатиров актеры потом составляли, в частности, Хор в трагедии «Вакханки». И почти на всех картинах великих мастеров европейской живописи, посвященных теме вакханалий, Дионис (Вакх, Бахус) практически всегда изображен либо с Силеном, либо с сатирами. Они повсюду сопровождают бога вина, он никогда с ними не расстается, как и со своим тирсом и венком из виноградной лозы или вечнозеленого плюща, заменявшего виноградные побеги зимой.

 

Бог, насылающий безумие

 

Гера не оставляла своих преследований, и одним из ее выпадов было – наслать на внебрачного сына Зевса безумие – будучи под наваждением Геры, он совершал убийства сам и сводил с ума тех, кто отвергал его, и не признавал в нём бога. Происхождение его от смертной женщины развило в нем, как сейчас сказали бы, сверхкомпенсацию – у него была мания величия, и он мстил всем, кто сомневался в его родстве с Зевсом. А преследования Геры совершенно объяснимо дополнили его манию величия манией преследования.

 

Обстоятельства рождения, детские травмы и козни Геры и сделали впоследствии Диониса настоящим «богом безумия». Богом, насылающим безумие. Неистовыми и истеричными становились все, кто ему поклонялся, и он распространял свое безумие даже на самых верных своих почитательниц, вакханок, чтобы, например, наказать их родственников, которые не одобряли их погруженности в культ Диониса. Например, в Аргосе Дионис поверг в безумие молодых матерей. Они бежали в горы с грудными младенцами на руках, убивали их и «пожирали их мясо». Царь Ликург, отвергший Диониса, убил в приступе безумия топором своего сына, убеждённый, что срубает виноградную лозу. И, как мы знаем, обезумевшие вакханки растерзали Орфея и царя Фив Пенфея.

 

Растерзанный бог

 

В конце концов Гера всё-таки настигла Диониса. Она натравила на молодого бога, этот плод неверности супруга, титанов. Какое-то время Дионису удавалось спасаться от преследователей, по очереди превращаясь то в льва, то в лошадь, то в змею. Но в тот момент, когда он принял образ быка, титаны всё же настигли его — и растерзали. И съели куски дионисова тела.

 

В свете этой истории ритуал разрывания менадами на части животных – чаще всего быков – уже не может особенно удивлять. Ясно, что этот ритуал носил у них символический смысл – они разыгрывали сцены из «жития» своего бога. Они как бы возвращали ему его жертву. Они ели тело своего бога, воплощенного в быке, и пили его кровь – вино. (Христианам этот символизм понять нетрудно – по аналогии с идеей пресуществления тела и крови Господней в хлеб и вино.) На исходе античности, когда дионисии стали официальными праздниками, этот ритуал жертвоприношения быков сохранился – быки забивались уже по регламенту, причем ритуал поедания сырой плоти – символического тела бога – также оставался в силе. В исторических реконструкциях атмосферы древнегреческих дионисий можно встретить такие описания: «Накануне приносили в жертву быков; их было так много, что тошнотворный запах крови, смешанный с резким запахом вина, всё ещё заполнял город.» (Цит. по Хью Джонсон, История вина, 2004)

 

Возрождающийся бог

 

Но как же миф выходит из положения – ведь история Диониса не заканчивается его смертью от титанов? Согласно мифологии, Дионис – бог, рожденный дважды. Титаны съели разорванное тело Диониса, но его сердце, то есть сама сущность бога, ускользнуло от их внимания. По одной версии, Зевс проглотил сердце Диониса, и тем самым спас его для последующего рождения. По другой – сердце спасла Афина, а Аполлон похоронил сосуд с сердцем Диониса в Дельфах. В любом случае, спасенное сердце Диониса стало источником его возрождения.

 И образ возрождающегося бога повлиял очень сильно на распространенность культа Диониса в Древней Греции. Многие историки считают, что Дионис воспринимался греками как символ возрождения жизни вообще, символ бессмертия, возрождения природы после зимы, как символ вечного обновления. (Бог, воскресший из мертвых – христиане тоже хорошо знакомы с этой идеей.) Каждую весну виноградарь шел по полю и видел в зеленеющей лозе возрождающегося Диониса, каждой осенью он сокрушал тело бога – новый урожай – в винных прессах. Это был необычный бог, он не только требовал жертвоприношений, но и сам каждый раз был жертвой, и каждый раз возрождался к новой жизни. Когда смертные пили вино — они «пили бога».

 

Кстати, Зевс испепелил титанов, разорвавших Диониса, и из пепла гигантов, в которых содержалась божественная плоть съеденного Диониса, произошли люди. Двойственность человеческой природы нашла ещё одно объяснение. Человек — это смесь добра и зла; что-то от бога, что-то от чудовищ.

 

Осталось всё подытожить

 

Итак, общая картина прояснилась. Осталось только свести концы с концами, подытожить, насколько изменились наши представления о культе вина, о Дионисе, о вакханалиях и менадах. Практически по всем этим вопросам наши прежние представления изменились на кардинально противоположные. А именно. Разве культ Диониса – это культ вина? Нет, это не так. Разве вакханалии – это просто разнузданные пляски безумных менад и бойня животных в состоянии сильного опьянения? Всё совсем не так! И самое главное – проясняется тот мистический, божественный смысл, который греки вкладывали в отправление культа Диониса, и об исчезновении которого в современную эпоху так переживал Ортега-и-Гассет. Выводы хочется оформить отдельным постом, так что окончание следует.


Источник: Блог о вине